Сентиментальная ценность

После долгих лет молчания и отсутствия в их жизни Густав Борг, некогда прославленный режиссер, чье имя когда-то гремело на весь кинематографический мир, неожиданно возвращается в старый семейный дом, где проживают его взрослые дочери, Нора и Агнес. Его визит продиктован не раскаянием и не желанием залечить старые раны, нанесенные годами пренебрежения и творческого эгоизма, а сугубо профессиональным интересом. Он привозит с собой новый, многообещающий сценарий, в центре которого – сложные, многогранные женские образы, и предлагает главную роль Норе, которая, следуя по стопам отца, стала театральной актрисой. Однако Нора, до глубины души уязвленная его многолетним забвением и неспособная отделить художника от отца, решительно отвергает это предложение, воспринимая его как очередную попытку использовать семью в творческих целях. Не теряя времени, Густав находит замену в лице блистательной голливудской звезды, чье имя гарантирует кассовый успех, но чье присутствие лишь усугубляет напряжение и чувство предательства, витающее в стенах дома. Сам дом, молчаливый свидетель нескольких поколений семьи Борг, пропитанный воспоминаниями, невысказанными обидами и призраками прошлого, неожиданно становится центральным элементом замысла режиссера. Густав видит в его аутентичных интерьерах, наполненных историей и эмоциональным багажом, идеальную, почти мистическую съемочную площадку для своей новой картины. Постепенно процесс подготовки к съемкам, вторжение съемочной группы в интимное пространство дома и жизни сестер начинает действовать как мощный катализатор. Вынужденное соседство, обсуждение сценария, в котором угадываются болезненно знакомые семейные драмы, заставляет всех участников этой непростой истории вновь и вновь сталкиваться с тем, что годами старательно замалчивалось. Старый особняк превращается не только в место творческого процесса, но и в арену для болезненного, честного и долгожданного диалога. Сквозь маски обид, через текст реплик и подтекст невысказанного, у Норы, Агнес и Густава появляется хрупкий, но реальный шанс – возможно, последний – не просто увидеть друг друга, но наконец-то услышать, попытаться понять мотивы, страхи и ту любовь, которая, несмотря ни на что, все еще жива где-то глубоко внутри, под слоями взаимных упреков и творческих амбиций.